Неточные совпадения
Исполненный неприятных ощущений, он тот же час спрятался в угол,
закрыл себя кожею и задернул
занавески.
Один из штатских, тощий, со сплюснутым лицом и широким носом, сел рядом с Самгиным, взял его портфель, взвесил на руке и, положив портфель в сетку, протяжно, воющим звуком, зевнул. Старичок с медалью заволновался, суетливо
закрыл окно, задернул
занавеску, а усатый спросил гулко...
—
Закройте окна, опустите
занавеску; на волю не смотреть.
Занавески, мрачного цвета, с крупными складками, плотно
закрывали высокую постель.
Он достал из угла натянутый на рамку холст, который готовил давно для портрета Веры, взял краски, палитру. Молча пришел он в залу, угрюмо, односложными словами, велел Василисе дать каких-нибудь
занавесок, чтоб
закрыть окна, и оставил только одно; мельком исподлобья взглянул раза два на Крицкую, поставил ей кресло и сел сам.
Наконец сама бабушка с Марьей Егоровной отыскали ее за
занавесками постели в углу, под образами, и вывели ее оттуда, раскрасневшуюся, не одетую, старающуюся
закрыть лицо руками.
Вытряхайтесь, Лизанька. Лизанька исчезает, Обольянинов прекращает музыку.
Занавеску закрывает Аметистов. Что вы скажете, драгоценнейший Борис Семенович?
Вечером хохол ушел, она зажгла лампу и села к столу вязать чулок. Но скоро встала, нерешительно прошлась по комнате, вышла в кухню, заперла дверь на крюк и, усиленно двигая бровями, воротилась в комнату. Опустила
занавески на окнах и, взяв книгу с полки, снова села к столу, оглянулась, наклонилась над книгой, губы ее зашевелились. Когда с улицы доносился шум, она, вздрогнув,
закрывала книгу ладонью, чутко прислушиваясь… И снова, то
закрывая глаза, то открывая их, шептала...
— На отдых, — говорил он, — Пан Буг дал человеку ночь. Задернет полог у неба — и все создание
закрывает глаза, отдернет
занавеску небесную — и засветит солнышко, человеку треба работать в поте лица. Не в черед другим дням воскресенье: шесть дней делай, седьмой Господу Богу.
Поехали. По городу проезжали, — все она в окна кареты глядит, точно прощается либо знакомых увидеть хочет. А Иванов взял да
занавески опустил — окна и
закрыл. Забилась она в угол, прижалась и не глядит на нас. А я, признаться, не утерпел-таки: взял за край одну
занавеску, будто сам поглядеть хочу, — и открыл так, чтобы ей видно было… Только она и не посмотрела — в уголку сердитая сидит, губы закусила… В кровь, так я себе думал, искусает.